Китай может потерять статус второй экономики мира, уступив Японии

22.10.2015

Гордон Чан написал книгу «Грядущий крах Китая» в 2001 году. Он предсказывал обвал китайской экономики и падение китайской компартии в течение 10 лет. Учитывая, что на дворе 2015 год, его предсказание запаздывает уже на четыре года. /epochtimes. ru/

Однако многие его замечания соответствуют сегодняшней действительности. Экономика Китая становится всё более нестабильной. «Великая Эпоха» взяла интервью у Чана, где он рассказывает о прошлом Китая и его неясном будущем.

Великая Эпоха: Вы написали книгу «Грядущий крах Китая» в 2001 году. Насколько она соответствует текущей ситуации?

Гордон Чан: В 2001 году я давал компартии срок в 10 лет. Так что мой прогноз запоздал уже на четыре года. Однако то, что мы наблюдаем сегодня в Китае ― это действительно ранняя стадия падения не только экономики, но и политической системы.

В настоящее время китайская экономика больше не растёт со скоростью 7% в год, скорее 1-2%. В Пекине в частных кругах склонны называть цифру в 2,2%.

Главный момент: из страны утекают деньги в невероятном количестве. Bloomberg, который следит за этой проблемой, писал о 144 миллиардах долларов, которые вывели из Китая в августе. Goldman Sachs говорит, что на самом деле эта цифра составляет 178 миллиардов. Это главный индикатор процессов, происходящих в Китае.

Главная проблема китайского правительства ― это то, что они не могут остановить замедление роста экономики. Они, возможно, смогут добиться, чтобы оно не было стремительным, но не в силах остановить сам процесс, потому всё, что они опробовали ― монетарное стимулирование, налогово-бюджетное стимулирование, раздувание фондового рынка, девальвация ― не работает.

― Каковы причины экономических проблем Китая?

― Все говорят: «У Китая самые большие валютные резервы в мире. Как у него могут возникнуть проблемы?» У Китая действительно не возникнет проблем с иностранными долгами. Там не будет такой ситуации, как в Аргентине.

Но если вы изучите историю финансовых кризисов, то обнаружите, что самые страшные кризисы возникали не из-за внешних долгов, это были внутренние кризисы. С Китаем происходит именно это.

У него очень много внутренних долгов. Если правильно подсчитать ВВП Китая и учесть все долги, то они составляют примерно 350% ВВП.

По оценкам McKinsey, к концу июня 2014 года соотношение долгов к ВВП составляло 282%. Очевидно, что с тех пор ситуация ухудшилась. Я считаю, что те данные были заниженными. В настоящее время положение дел стало очень серьёзным, особенно для такой развивающейся страны, как Китай.

― Могут ли китайские власти использовать политику, чтобы решить проблему?

― С ноября мы наблюдали пять сокращений ключевых процентных ставок, четыре снижения норм обязательных резервов, и это не дало заметного эффекта.

Налогово-бюджетное стимулирование, если они построят очередной город-призрак или ещё одну линию метро в Пекине, ну хорошо, они добьются роста ВВП, но это создаст новые долги. Из-за непроизводительного инвестирования и низкой эффективности ― это не решение.

У них был бум на фондовом рынке, который они постоянно расхваливали. Эта была возможность спасти себя, но фондовый рынок рухнул.

Затем последовала девальвация юаня, и  это событие до конца непонятно. Кто знает, что именно они хотели предпринять? Очевидно, что девальвация принесла им проблемы, потому что она пошатнула уверенность властей не только внутри самого Китая, но и на международной арене.

Если вы посмотрите на все эти приёмы, то увидите, что в прошлом с их помощью удавалось стимулировать рост экономики. Теперь не получается. Это означает, что китайские власти в опасности. Они могут столкнуться с большим числом протестов в стране.

― Возможно, что единственная возможность изменить ситуацию ― дать людям свободу?

― Китайские власти часто любят повторять высказывание: «Коммунистическая партия вытащила 400-500 миллионов людей из бедности».

Но это на самом деле неправда. Дэн Сяопин ослабил тиски компартии, и китайцы стали развивать экономику. Он понял, что они должны немного изменить структуру сельского хозяйства. Поэтому они создали систему ответственности домохозяйств, когда семьи получали участки земли.

Но согласно правилам центрального правительства, такой участок не мог принадлежать только одной семье. Китайским семьям не понравилась эта идея. Они хотели иметь свои участки, и местные чиновники не стали мешать им. В итоге в сельском хозяйстве произошёл бум. Это произошло не из-за политики Дэн Сяопина, а потому что люди проигнорировали правила, введённые Дэном.

Затем некоторые предприимчивые люди ― некоторые из них были бывшими госчиновниками, некоторые ― попрошайками, решили, что они станут предпринимателями. Экономический рост Китая был создан такими людьми. А коммунистическая партия долгое время сдерживала их.

Государство неспособно поддерживать продолжительный рост. Необходима эффективная экономическая модель. Желание компартии контролировать всё привело к нестабильной экономике.

― В своей книге вы приводите распространённое в то время высказывание, что к 2010 году Китай станет первой экономикой мира. Этого не произошло. Сейчас говорят, что он станет первой экономикой к 2020 году. Но проблема в том, что Китай неспособен создавать инновации и конкурировать в этой области на международном рынке.

― Чтобы избежать ловушки среднего дохода и перестать использовать дешёвое производство как основу своей экономики, Китай должен создавать инновации. Я не говорю, что китайцы бездарны, конечно же, нет. Они способны к инновациям, как любая другая нация в мире, но они не могут этого делать из-за системы, в которой живут.

Контроль в области образования и вообще во всех сферах неизбежно влияет на способность предпринимателей к инновациям.

В Китае есть некоторые жёсткие ограничение. Например, в июле, чтобы поддержать фондовую биржу, китайские власти запретили первичное размещение акций (IPO).

Заморозив IPO, они лишили малые предприятия с инновационным потенциалом возможности расширяться. Посмотрите на историю Силиконовой долины в Калифорнии. Многие компании, которые сейчас являются гигантами, начинались в гараже. Самый знаменитый пример ― это Apple, а также Hewlett-Packard.

Эти маленькие предприятия смогли стать крупнейшими в мире компаниями, потому что они работали в Калифорнии, в свободной и динамичной среде, где можно достать деньги, найти специалистов, найти всё, что им нужно. И их бизнес рос. Но в Китае сейчас это невозможно из-за ограничений, которые власти накладывают по политическим причинам.

Пока эта система не изменится, Китай не сможет стать развитой инновационной экономикой.

― Вы жили в Китае долгое время. Расскажите, как обстоит там дело с принятием риска.

― Там нет закона о банкротстве, но госпредприятие и не может обанкротиться. Для небольшой частной компании получить капитал невозможно, либо это очень трудно сделать.

В Китае множество хороших предприятий. Туда едут венчурные капиталисты. Главная проблема в том, что они не могут добиться роста. В Китае нет такой среды, как в развитых странах, где люди начинают бизнес, терпят неудачу, а потом начинают всё снова.

Наглядный пример ― это биография Диснея. Уолт Дисней неоднократно терпел неудачи. Большинство людей, которые сегодня являются легендами, терпели неудачи. Но система в Китае не позволяет идти таким путём.

Это слишком негибкая система, слишком много контроля со стороны государства. К несчастью, китайские государственные компании обретают всё большее влияние в политическом плане и не дадут произойти переменам, в которых Китай так нуждается. Поэтому там не может зародиться деловая культура, как на западе.

Китайцам очень хочется имитировать её. Они, конечно, могут построить такие же здания. Но они не могут имитировать саму культуру, потому что она развивалась в атмосфере открытого, свободного и либерального общества.

― Люди, заработавшие много денег в условиях существующей китайской системы, не хотят, чтобы эта система менялась.

― Во время финансового кризиса 2008 года Китай решил, что не допустит рецессии любой ценой. Для этого китайские власти запустили крупнейшую в мире программу стимулирования экономики. За пять лет, начиная с 2009 года, они выделили кредиты объёмом со всю банковскую систему США. Это учитывая то, что на конец 2008 года экономика Китая не составляла даже трети от экономики США.

Да, они действительно добились роста, но они вложили слишком много денег в свою экономику, что привело к возникновению пузырей, которые они не могут контролировать. Это также сделало китайские госпредприятия очень могущественными.

Госпредприятия заполучили деньги, выделенные государственными банками. Они получили всю поддержку, выделенную Пекином. В итоге они стали очень влиятельными и в последние годы используют это влияние, чтобы вытеснить иностранные компании, а также китайские частные компании.

Это политическая проблема, потому что силы, которые могли изменить Китай к лучшему, не имеют политической власти. В Китае - слишком политизированная система.

― Китай должен дать свободу предпринимательскому духу своего населения, чтобы стать крупнейшей экономикой мира. Это ведь реальная задача, учитывая размеры страны?

― Верно. В настоящий момент, по словам китайских властей, размер китайской экономики составляет свыше $10 триллионов. Но на самом деле мы не знаем, насколько велика китайская экономика. Мы знаем, что официальные данные, особенно последние данные, завышены.

Скорее всего, её объём меньше $10 триллионов. Есть много указаний на то, что её размер может достигать $8 или $9 триллионов. Но точно одно: пока даже нет речи о том, чтобы обогнать США.

Более того, Китай может потерять статус второй экономики мира, уступив его Японии. Для этого Японии не надо расти. Всё, что от неё требуется ― держаться на достигнутом уровне. А экономика Китая будет снижаться, я так считаю.

Гордон Чан ― автор книги «Грядущий крах Китая». Чан получил юридическое образование в Корнелльском университете. До того, как стать писателем, он работал юристом в Китае и США.



inosmi