Рейдовую перевалку зерна в России могут запретить из-за оттока грузопотока из больших портов

06.06.2016

Объединенная зерновая компания (ОЗК) просит чиновников прикрыть незаконную схему экспорта зерна, взяв под контроль его рейдовую перевалку в водах Керченского пролива. По мнению компании, сложившаяся практика несет в себе как репутационные риски для России, так и прямые убытки для бюджета страны.

Рейдовая перевалка зерна из страны оценивается в $1,2 млрд., сообщает Коммерсантъ.

Врио гендиректора ОЗК Марат Шайдаев обратился к вице-премьеру и председателю Морской коллегии при правительстве РФ Дмитрию Рогозину с просьбой вынести на совместное обсуждение вопрос рейдовой перевалки зерна в водах Керченского пролива. В письме от 27 мая господин Шайдаев поясняет, что в акватории сложилась «незаконная схема экспорта». Согласно ей, речные баржи и суда класса «река-море» (водоизмещением до 5-6 тыс. тонн) забирают груз в портах Азовского моря (Ростов-на-Дону, Азов, Ейск и проч.), где зерно оформляется якобы для прямого экспорта в порт назначения, к примеру в Турцию. При этом на самом деле груз доставляется в нейтральные воды, где смешивается с зерном из других малых судов в судне-накопителе, вмещающем от 20 тыс. тонн. В частности, так организована схема, по которой зерно оформляется как поставка на Украину, но фактически груз идет на реэкспорт. На смешанную большую партию зерна выдается украинский ветеринарный сертификат, Россия при этом остается страной происхождения. В итоге зерно, которое может содержать карантинные примеси, поставляется дальше на экспорт, к примеру в Египет. Господин Шайдаев просит Дмитрия Рогозина дать необходимые поручения по выработке мер, направленных на пресечение работы «незаконной схемы», которая несет в себе «риски и прямые убытки» для России. В ОЗК вчера не смогли прокомментировать письмо. В Морской коллегии не ответили на запрос.

Через «малые порты» Азовского моря в 2015 году было отгружено 14 млн тонн зерна (50% от всех портов), говорится в письме ОЗК. На рейдовую перевалку приходится примерно 50% этого объема, осведомлен один из участников рынка. По данным Минсельхоза, в 2015 году Россия поставила на экспорт около 30 млн тонн зерна. Денежный объем экспорта - более $5,5 млрд, следует из статистики Федеральной таможенной службы (ФТС). Таким образом, доля «малых портов» могла составить около $2,56 млрд, а рейдовой перевалки - $1,2 млрд.

«Долю перевалки в нейтральных водах вычислить невозможно, сейчас маршрут судна после его загрузки в порту практически не отслеживается», - поясняет источник

Отгрузить тонну зерна в судно большой вместимости стоит на $10-20 дороже, чем в небольшую баржу, рассказывает президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский.

«Это связано с особенностями зернового рынка: чем больше объем партии - тем дороже она выходит», - поясняет он.

Разницу при описанной в письме схеме получают компании-экспортеры. Основной риск для России при такой схеме - репутационный, отмечает участник рынка.

«Если в зерне будут обнаружены карантинные объекты, ответственность несет не только страна, выдавшая ветеринарный сертификат, но и страна-производитель зерна», - рассказывает он.

Директор аналитического центра «Совэкон» Андрей Сизов сомневается, что описанная в письме ОЗК схема является незаконной, утверждая, что она существует уже много лет. По предположению эксперта, недовольство ОЗК связано с тем, что значительная часть перевалки зерна идет через «малые порты», а не через крупные мощности, владельцем части которых является сама ОЗК или ее акционер - группа «Сумма». ОЗК, в частности, принадлежит 51% Новороссийского комбината хлебопродуктов (НКХП), еще 18,49% - у Ivianto Services Ltd (бенефициар - владелец «Суммы» Зиявудин Магомедов). НКХП принадлежит крупнейший в стране терминал по перевалке зерна мощностью 3,5 млн тонн в год. Согласно отчетности по МСФО, в 2015 году выручка НКХП от этого сегмента бизнеса выросла на 1,1 млрд руб. - до 3,4 млрд руб.

Еще один участник рынка считает, что действенные меры борьбы с «незаконной рейдовой перевалкой» могут включать запрет перевалки прямым способом (на открытом воздухе) и усиление контроля за судами, отправляющимися в нейтральные воды.


Коммерсантъ