В парламенте отсутствует серьезное аграрное лобби - О.Кулинич

09.09.2016

Депутат профильного Комитета ВР- о ситуации на земельном рынке

Hubs не единожды писал о спорах, вспыхивающих вокруг вопроса моратория на продажу земли, а также различных законопроектов, связанных с операциями с землей. Эта тема является крайне чувствительной и на ней предельно часто спекулируют представители различных парламентских фракций. Именно поэтому мы решили поговорить с Олегом Кулиничем— специалистом в этой сфере, членом депутатской группы «Возрождение», представителем комитета ВР по вопросам аграрной политики и земельных отношений. 

О работе комитета

— Многие эксперты уверяют, что самый «рабочий» комитет в Верховной Раде – это Комитет по вопросам аграрной политики и земельных отношений, который Вы представляете. На Ваш взгляд, интересы аграриев сегодня лоббируются законодателями на должном уровне?

— Говорить о наличии серьезного аграрного лобби в парламенте было бы преувеличением. К примеру, за год работы ВР из 144-х законопроектов, подготовленных нашим комитетом, только два стали законами. Понятно, что если бы лобби было сильным, то законов было бы на порядок больше. Правда, я не думаю, что по сравнению, например, с комитетом по вопросам строительства, градостроения и ЖКХ наших законов принято больше.

— Больше. Насколько мне известно, ни один законопроект от «строительного» комитета за год деятельности парламента нынешнего созыва не был принят.

— Дело в том, что по численному составу аграрный комитет — второй после налогового. В комитете работают много людей, которые руководили сельскохозяйственными предприятиями, и которые не понаслышке  знают о проблемах отрасли. Кроме того, у нас много мажоритарщиков, которые часто общаются с людьми и знают об их насущных проблемах.

— Налажена ли на должном уровне коммуникация комитета, который вы представляете с МинАПК?  Все-таки правительство под предводительством Владимира Гройсмана работает уже более ста дней.

– Знаете, на самом деле, ста дней мало, чтобы оценить работу профильного министерства. Но в целом могу сказать, что у нас складываются нормальные, рабочие отношения. Контакт с министерством есть, на заседаниях комитета всегда присутствует либо министр, либо его заместитель.

О развитии эмфитевзиса

— То есть вы хотите сказать, что комитет и МинАПК работают душа в душу?

— Многие наши законопроекты министерство поддерживает. По сути, у нас есть одно серьезное разногласие—законопроект №4010а «О совершенствовании правового регулирования пользования земельным участком для сельскохозяйственных нужд (эмфитевзис)».

Когда речь идет об использовании земли, то в этих отношениях есть две стороны – пользователь и владелец. Между ними должен быть соблюден баланс интересов. И на законодательном уровне депутаты должны все для этого сделать. Но сегодня этого нет. Мелкие и средние фермеры не удовлетворены положением дел. От спецрежима НДС для сельхозпредприятий отказались. Другой поддержки нет. Нет рабочего инструмента для получения кредита. Банки не готовы финансировать агропредприятия в условиях, когда нет ликвидного залога. Законопроект №4010а может решить эту проблему, поскольку договор эмфитевзиса смог бы обеспечить ликвидный залог. При этом если такой договор есть, то для получения кредита не нужно согласие собственника земли. Потому что владелец, подписав договор, уже выразил свое согласие на это. Фермер просто приходит в банк, говорит, что есть договор эмфитевзиса сроком, например, на 50 лет, и ему выдают кредит.

Что касается владельцев земли. Когда я работаю на округе, ко мне часто обращаются с просьбами посодействовать в продаже земельного пая. Я говорю, что у нас, согласно закону, это запрещено, что нет соответствующих механизмов. Но у людей свои аргументы: деньги нужны сейчас и т.д. Законопроектом №4010а мы даем возможность владельцу земли заключить договор на 50 лет, получить деньги за все эти годы и при этом, участок останется, либо в его собственности, либо перейдет его наследникам.

Однако в противовес нашему законопроекту №4010а  МинАПК разработал свой. Он уже презентован, но еще не зарегистрирован в Верховной Раде. В законопроекте министерства предоставляется возможность продажи и передачи права аренды третьему лицу без согласия собственника. В этом есть свои риски. Если у собственника не спрашивают согласия, то у него, кроме прочего, нет возможности изменить арендную плату. Мы же предлагаем полностью выплачивать суму владельцу за использование участка. В таком случае, уже при подписании договора владелец дает свое «добро» на то, что при передаче аренды третьему лицу его согласие не нужно.

Предусматривается также, что владелец будет получать дополнительную плату в случае, если участок будет передаваться в субаренду. То есть владелец в любом случае остается в выигрыше. Но МинАПК пытается прописать эту норму так, чтобы она распространялась и на действующие договора аренды, хотя согласно Конституции, закон не имеет обратной силы. Изменения в «старые» договора вноситься не должны, они касаются только новых.

— Но договор эмфитевзиса уже не первый год существует, это ведь не нововведение, почему столько «пробелов»?

— Действительно, договор не выполняет определенные функции, которые мог бы. Законопроектом №4010а мы улучшаем условия передачи права эмфитевзиса в залог и банки смогут выдавать кредиты, ничего не опасаясь. Мы проводили консультации с банкирами и получили от них заверения, что они готовы кредитовать аграриев, если законопроект будет принят. Ведь это, по сути, гарантия того, что фермер будет заниматься предпринимательской деятельностью еще 50 лет.

— Бытует мнение, что законопроект №4010а – это не что иное, как схема ухода от налогов.

— Наоборот. Если человек официально заключает договор на 50 лет на определенную суму, то он заплатит налог на доходы от физических лиц. Любой финансист Вам скажет, что это только увеличит поступления в бюджет.

Об отмене моратория на продажу земли

— Если депутаты примут законопроект №4010а, то в этом случае можно и не отменять мораторий на продажу земли?

— С какой целью 15 лет назад вводился мораторий? С тем, чтобы малый и средний бизнес подтянули свою материально-техническую базу. Чтобы в перспективе они могли на рынок земли войти полноценными игроками. Это оправдывало себя, когда был спецрежим НДС для сельхозпредприятий, возмещение кредитов. В 2004-2005 годах я работал руководителем предприятия и кредитная ставка, насколько я помню, была 18%. При этом 14% из них возмещалось государством. Тогда очень много фермеров приобрели трактора, комбайны, наладили какую-то переработку сельхозпродукции и, в принципе, ставали сильнее. 15 лет назад мораторий содействовал процессу, но сейчас многие фермеры уже подготовились к запуску процесса оборота рынка земли.

Лично я не вижу в стенах парламента необходимого количества голосов за законопроект «Об обороте земли». Почему? Потому что, когда политическая сила приходит к власти, ее точка зрения в этом вопросе кардинально меняется. Думаю, даже некоторые мажоритарщики, которые представляют сельские округа, не голосовали бы за открытие рынка. А до выборов лидерам политических сил вообще не выгодно говорить о полноценном рынке земли. Я считаю, что на протяжении 3-5 лет полноценного открытия рынка земли не будет.

О земельной децентрализации

— Вы работаете над законопроектом №4355 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно расширения полномочий органов местного самоуправления по управлению земельными ресурсами и усилению государственного контроля над использованием и охраной земель». Этот законопроект прошел первое чтение, осенью ожидается голосование «в целом». Чем он актуален?

— В прошлом созыве ВР я был автором аналогичного законопроекта, целью которого была передача полномочий по распоряжению землями в пределах населенных пунктов. Он даже не дошел до рассмотрения в сессионном зале.  В начале каденции ВР действующего созыва мы зарегистрировали законопроект №1159. В нем речь шла о том, что все земли в пределах населенных пунктов передаются в коммунальную собственность. Он тоже не ставился на голосование, поскольку правительство и руководство Верховной Рады было против рассмотрения данного проекта закона.

—Почему?

— Потому что они считали, что если законопроект будет проголосован, то общины получили бы землю в коммунальную собственность, и не было бы стимула к их объединению, поскольку земля — это основа децентрализации. Это налоговые поступления, арендная плата.

Поэтому после долгих дискуссий с Минрегионразвития и Госгеокадастром мы разработали новый сбалансированный законопроект, в котором земля передается в коммунальную собственность только тем общинам, которые объединились. После того, как они определили внешние границы общины и сделали соответствующую документацию. Те же общины, которые не объединились, получат землю в распоряжение. Таким образом, будет стимул для объединения. Ведь когда участок в собственности, то при его продаже деньги идут в бюджет общины, в местный бюджет, а когда в распоряжении – это государственная земля  и деньги поступают в госбюджет.

Кроме того, мы предусмотрели государственный контроль над использованием земельных участков. На сегодняшний день Сельхоз инспекция в стадии ликвидации, и контроль над использованием земли вообще отсутствует. Данным законопроектом мы предоставляем возможность создать определенные органы при местных советах, которые будут заниматься контролем. То есть они будут контролировать самозахваты, нецелевое использование земли и т.д. А надзор над этим будет осуществлять Госгеокадастр. Потому что у них есть база, наученные люди. Вопросами экологии будет заниматься экологическая инспекция.

О земле, владельцы которой умерли

— Вы принимали участие в создании законопроекта №3006 «О внесении изменений в Земельный кодекс Украины и другие законодательные акты относительно правовой судьбы земельных участков, владельцы которых умерли». Расскажите о его перспективах.

— Документ принят в первом чтении. По сути, это технический законопроект. Сегодня много земли не используется надлежащим образом. Особенно это касается земли, собственники которой умерли, и у которых нет наследников. Процесс перехода этой земли в коммунальную собственность достаточно длинный. Мы этот процесс ускоряем.

—Каким образом?

—Когда представители сельсоветов будут обращаться в суд по вопросу признания наследства умершего, они  будут освобождены от уплаты судебного сбора. Кроме того, мы также даем возможность обращаться в суд совместителям участка, где нет наследника. Такие же права появятся и у кредиторов умершего, которые смогут вернуть долг.

Мы ожидаем, что благодаря принятию этого законопроекта около 1 млн га земли быстро перейдет в коммунальную собственность. А это налоговые поступления, а также арендные платежи в местные бюджеты.

Плюс, мы прописываем, что имущество умершего будет переводиться по месту нахождения имущества. Сейчас, если владелец участка проживал, к примеру, в Киеве, а участок находился в Полтаве, то имущество переходит по последнему месту проживания владельца – в столицу. Благодаря нашим изменениям имущество будет переходить по месту нахождения этого имущества – в Полтаву.

О поддержке фермерства

— На Ваш взгляд, как государство должно поддерживать фермерство?

— Поддержкой считаю, прежде всего, финансовую помощь. Например, удешевление кредитов, которые пошли бы на модернизацию материально-технической базы. Мелким (до 1 тыс.га) и средним фермерским хозяйствам (до 3 тыс.га) очень тяжело конкурировать с большими агрохолдингами. Возможно, им нужно выращивать нишевые культуры. А для этого им нужно помогать. В частности, необходимо удешевлять кредиты на покупку оборудования при переработке этих культур.

— Для этого нужны еще какие-то дополнительные законы?

— Не обязательно. Должно быть, реально работающее постановление Кабмина и деньги, которые аккумулируются в госбюджете для поддержки малого и среднего бизнеса. Нужно прописать, кому эти деньги должны идти. Это может зависеть от площади земельного участка или от объема производства валовой продукции.

Относительно спецрежима, то существует много разных точек зрения. Но для животноводства и садоводства я бы его оставил. Возможно, стоит поддерживать и выращивание культур, которые используют поливные системы. Это то, что мы можем потерять, если не будем поддерживать. Поэтому эти направления нужно дотировать.

— Действительно ли стимулом для выращивания зерновых культур стал спрос на нашу продукцию в Европе и есть ли там спрос на отечественную продукцию животноводства и садоводства?

— Спрос есть. Но нам еще необходимо повысить стандарты нашей продукции, чтобы она была конкурентоспособной. Словом, еще многое нужно сделать, особенно для малого и среднего фермерства. Не всегда у них есть валютный счет и т.д. Насколько я знаю, МинАПК пытается создать «Офис реформ», чтобы помогать фермерам, давать консультации и т.д. Нужно всячески помогать фермерам, выводить продукцию на зарубежные рынки. Но главное — деньги. Малому и среднему бизнесу сложно найти 1-2 млн грн, чтобы построить цех по переработке молока в сыры, мяса на колбасы и т.д. Эту и множество других проблем нужно незамедлительно решать.

 

Hubs